Учебные материалы


Остается теперь рассмотреть ужение щуки на искусственную насадку. 10 страница



Карта сайта eca999.com

Рис. 1. Уклейка

Род этот характеризуется длинным, очень сжатым телом, острым ребром на брюхе, между заднепроходным и брюшными плавниками; верхняя челюсть у них содержит выемку, в которую входит кончик удлиненной и завороченной кверху нижней челюсти; глоточных зубов с каждой стороны по семи; они расположены в два ряда и венчик их сплющен, слегка зазубрен и на вершине загнут крючком. Уклейка очень красива, особенно когда поворачивается на солнце и сверкает своей серебристой чешуей. Спина у нее серовато-голубоватая с зеленым отливом; бока и брюхо серебристо-белые с сильным блеском; верхние и нижние плавники серые, только посредине при основании желтоватые; глаза серебристые. Чешуя отливается серебристым металлическим цветом, отличается своей нежностью и так слабо сидит на теле, что слетает при малейшем прикосновении или прилипает к рукам. Рыба эта представляет, однако, множество видоизменений, которые отличаются между собой незначительными уклонениями в относительных размерах тела, более или менее косым ртом, более или менее тупым носом, даже числом глоточных зубов, которых иногда бывает по 6; в Нарове, например, встречается вариетет уклейки с более коротким и тупым носом, нежели у обыкновенной формы, и с полосой свинцового цвета, которая тянется с боков от верхнего угла жаберного отверстия к середине основания хвостового плавника.

Рис. 2. Глоточные зубы уклейки

Распространение обыкновенной уклейки гораздо обширнее распространения других видов того же рода Alburnus. Она встречается почти по всей Европе, за исключением самых южных стран; в России доходит до Архангельска, в Финляндии до 65° с. ш. Кроме того, она водится также в Крыму и на Кавказе, но в Сибири и Туркестанском крае заменяется другими, родственными ей видами. На восточном склоне Урала, в Пермской губ., напр. в Каспийской даче (озера Иткуль), она попадается как величайшая редкость и перешла через Уральский хребет, через болота на самом перевале, из которых вытекают речки двух различных бассейнов — Волжского и Обского. Уклейка живет решительно во всех как самых больших реках, так и самых небольших речках, почти ручьях: ее можно встретить как в истоках, так и низовьях, напр. Волги, Днепра и др. Кроме того, она часто встречается в очень большом количестве в проточных и заливных озерах, в проточных прудах с чистой и светлой водой и песчаным дном. Обыкновенно она выбирает тихую и довольно глубокую воду, реже живет в быстрых местах реки, а на мелких перекатах замечается очень редко. Очень любит она держаться у свай, мостов, плотов и купален, а в городах особенно многочисленна бывает около сточных труб, приносящих различные нечистоты, даже краски. В прудах и речках с берегами, поросшими деревьями, уклейки охотно плавают под нависшими ветвями, но в травах почти никогда не встречаются, кроме молодых сеголетков и годовалых, которые часто встречаются в сообществе верховок. Последнее наблюдение, впрочем, относится к прудовой уклейке. Начиная со вскрытия реки до поздней осени, когда уходит на глубину и скрывается в глубоких ямах, эта рыба всюду замечается в огромном количестве, тем более, что она более других держится на виду. Без всякого сомнения, каждому не раз приходилось наблюдать, как стаи уклеек проворно мелькают в воде, то сверкая своей яркой серебристой чешуей, то синея своими темными спинками. Обыкновенно она держится на глубине не более 70 см, в ясную же погоду плавает в самых верхних слоях воды и беспрестанно выскакивает, гоняясь за насекомыми, падающими в воду, даже близко летающими над ее поверхностью. Иногда вдруг вся стая стремительно выскакивает из воды и рассыпается дождем во все стороны — это явный признак, что появилась хищная щука, окунь или жерех, который в особенности любит лакомиться уклейками. Вообще это чрезвычайно живая и проворная рыбка. Уклейка находится в беспрестанном движении и, кажется, ни на одну минуту не остается в покое. Она очень прожорлива и потому постоянно, с утра до вечера, даже ночью, занята добыванием пищи и бросается за всякой упавшей или мимо плывущей крупинкой. Главная пища ее, впрочем, состоит из насекомых, особенно мух и перепончатокрылых. После заката, когда тучи комаров и мошек толкутся над самой водой, часто можно видеть, как уклейки, стаями плавающие у поверхности, одна за другой выпрыгивают из воды: вероятно, этот маневр косвенным образом имеет целью ловлю этих насекомых: обрызганные комары или мошки падают в воду и делаются добычей рыбы. По этой причине уклейка всего более выпрыгивает и плавится по утрам, вечером, перед грозой или дождем, когда насекомые от сырости летают ближе к поверхности воды. Обыкновенно уклейка плавает некоторое время то в одну, то в другую сторону, потом вдруг перевертывается на бок, сгибается, ударяет по воде хвостиком, отчего вспрыгивает над поверхностью, описывает в воздухе полукруг и с брызгами падает обратно в воду. Кроме того, уклейка нередко кормится и самыми молоденькими рыбками других видов, особенно плотвы, также икрой и потому должна быть причислена к вредным рыбам, тем более, что от нее очень мало толку: она имеет некоторое значение только в самых верховьях больших рек и в незначительных реках, где мало другой, более ценной, рыбы. Впрочем, она едва ли не чаще других достается в пищу хищным рыбам, а чайки, крачки, гагары и прочие водяные птицы почти исключительно кормятся уклейкой, которая чаще всех держится на поверхности. Отсюда, конечно, и произошли названия ее верховна, верховодка — названия, которые собственно принадлежат другой еще меньшей рыбке, называемой также овсянкой (Leucaspius). Самое же название уклейки, хотя и может быть произведено от клейкой чешуи этой рыбы, вероятно, имеет финское или татарское происхождение. Несмотря на преследование рыб и птиц, частью и человека, уклейка всюду водится во множестве, особенно в верхних течениях рек и небольших реках. Она размножается очень быстро и мечет свою очень мелкую и многочисленную икру с двухлетнего возраста. Нерест ее начинается довольно поздно — на юге в начале мая, а на севере в конце этого месяца, даже в июне, и продолжается почти целый месяц. Мне лично приходилось много лет подряд наблюдать нерест уклейки в подмосковных прудах и относительно этого я могу сказать, что нерест ее продолжается иногда от середины мая почти до начала июля с весьма значительными, одно- и двухнедельными перерывами. При хорошей погоде в мае и начале июня вся уклейка выметывает икру очень дружно, в два приема — до 10 июня, сначала крупные особи (иногда в первой половине мая), затем, примерно через 2 недели — мелкая (трехлетка и может быть и двухлетки): при периодических холодах нерест затягивается почти до начала июля и производится в 5—6 приемов, причем, несомненно, что одни и те же особи выметывают икру не всю сразу. Происходит это явление потому, что для нереста уклейки требуется известная, довольно высокая температура воды (14—15°), ясная погода и 3—4-дневный срок; если же наступит ненастье или холод, то нерест прекращается и возобновляется только, когда снова наступит хорошая погода. Замечание это может быть отнесено и ко многим другим рыбам. Вообще, при продолжительной теплой погоде рыба нерестится дружно, хотя, несомненно, не вся сразу, а по возрастам (в 2—3 приема); наоборот, при часто повторяющихся ненастье и холодах рыба выметывает икру не сразу, а в несколько приемов. Что касается места нерестования, то уклейка мечет икру всегда в тихой и неглубокой воде, на траве, хворосте, реже в камнях. В реках уклейка, по-видимому, прилепляет свои яички в травах заводей, изредка выметывает икру прямо на песок (также в таких заводях); в озерах Новгородской губ., со слов рыбака (передаваемых Гриммом), "нарость" происходит в камнях, по кряжам и в траве, по лукам, где "сплавина" по воде, т. е. где трава лежит на дне. Икра ее будто бы ложится слоем на 4 см, так что "ребятишки собирают ее в торбочки для рыбников" (пирогов). По моим наблюдениям, прудовая уклейка нерестится в траве у самых берегов, на солнечной стороне, предпочитает плавуны или трясины, заросшие папоротником, к подводным мочкам которых и прилепляет свои мелкие, беловатые икринки, которые немного мельче, чем у плотвы. Реже выметывает она икру на мелкие корни прибрежных берегов, которые составляют здесь любимое место нереста плотвы. Самый процесс икрометания совершается в ясные солнечные дни, когда уже совсем обогреет, в полном разгаре бывает около полудня и прекращается задолго до заката солнца, до следующего утра. Продолжается он, как сказано выше, 3—4 дня; сначала нерестится самая крупная уклейка (5-летняя и старше, до 18 см длины), которая начинает обыкновенно тереться, когда кончает нерест мелкая плотва. При этом все нерестующие особи ходят огромными узкими вереницами вдоль берега, взад и вперед, не выпрыгивая из воды,— это только готовящиеся к нересту рыбы; совсем готовые к этому акту уклейки уходят или под берег, в мочки корней папоротника (Polystictum Thelypteris), отличающиеся своей густотой, или в вырезы плавучего берега, причем происходит сильная возня и плеск. В это время уклейка, обыкновенно шустрая и осторожная, становится очень смелой и не только намоткой, но простым сачком можно ловить ее (с берега или с лодки) десятками, не сходя с места. Прыгая в густой траве и стараясь забраться в самую гущу корней, нерестующие уклейки часто погибают, так как в первом случае попадают в траву вне воды, а во втором — вязнут и не могут высвободиться. По окончании нереста все мочки папоротников, растущих на краю плавучего берега, оказываются унизанными прилипшей к ним уже оплодотворенной икрой — и я сильно сомневаюсь, чтобы уклейка нормально выметывала икру слоем в 4 см; по всей вероятности, это бывает в том случае, когда уклейка нерестится на песке и когда значительная часть икринок, как оплодотворенных, но б. ч. неоплодотворенных, сбивается волнением, образуя таким образом целый слой. По моим наблюдениям над прудовой уклейкой, икра ее (в прудах) всего более истребляется красноперкой, которая в большом количестве встречается в это время между вереницами уклеек. Кроме того, последние подвергаются нападению небольших щук, преимущественно 2—3-летних. Молодые рыбки выклевываются через 7—8 дней, сообразно погоде, и в первые дни не выходят из корней; затем они держатся около берегов, между водяными растениями, близ поверхности воды, нередко в сообществе прошлогодних и нынешних верховок, от которых (и от других прудовых рыб) легко отличаются продолговатостью и темным (синеватым) цветом туловища. Растут уклейки быстро и через год сравниваются с плотвой и красноперкой однолеткой, достигая длины (от носа до конца хвоста) до 6 см, а в реках (напр., в Москве-реке) до 9 см. 2-летняя уклейка бывает величиной около 10 см (в Москве-реке около 13 см) и уже способна к размножению, только нерест ее совершается очень поздно — около средины июня и позднее. Ужение уклеек начинается вскоре по слитии полой воды — большей частью со средины мая (Москва), обыкновенно на комнатную муху; кроме того, они хорошо берут на метлу (поденку), особенно во время падения ее в воду, и на муравьиные яйца. Муха насаживается всегда с головы; леса делается в два волока, б. ч. без поплавка и грузильца, длиною в 4 м, и на конце ее привязывается самый маленький крючок (.№ 10—13); удильник выбирают длинный, гибкий, так как он всего чувствительнее для подсечки. Во Франции, где ловля и даже ужение уклейки составляют довольно значительный промысел, уклейку удят обыкновенно на легкие удочки и тонкие лески, к которым привязаны 3—4 и более самых мелких крючков, на расстоянии 20—30 см один от другого и на коротеньких поводках, чтобы не путались. Удят с поплавком и без него, с легким грузильцем и без грузила, смотря по обстоятельствам, поверху и в полводы. Насадкой служит там почти исключительно опарыш (подпарыш — личинка мясной мухи), причем от времени до времени бросают по несколько опарышей для прикормки. Очень хорошо местами берут уклейки на муху поверху. Остроумные французы, чтобы не возиться с ловлей мух, пришивают к левому обшлагу свежеснятую шкурку или замшу, пропитанную кровью, привлекающею мух. Хорошей прикормкой считается там же давленая конопля, но в особенности отруби, смоченные бычьей кровью. Последнюю прикормку обыкновенно опускают в воду заблаговременно, в корзинке или частой сетке. Употребление прикормки для ловли уклейки весьма рационально, так как только при этом условии можно поймать ее в большом количестве. В прудах я с большим успехом ловил уклеек на маленькие шарики смятого черного и белого хлеба, а также на распаренные зерна ржи, но в реках на эти насадки уклейка берет довольно редко. У нас, в России, ужением уклейки занимаются немногие (преимущественно юные) рыболовы, за недостатком другой рыбы; большей частью она ловится попутно, вместе с ельцом, ужение которого и у нас, под Москвой, имеет многих любителей. Во всяком случае, ловля уклейки труднее, и занимательнее ловли мелкой плотвы, хотя бы и вдвое большего роста. Эта рыбка имеет для начинающих рыболовов воспитательное значение, так как приучает их к быстрой и легкой подсечке; уклейка берет с разбега и, если не подсечена немедленно, то сшибает насадку, а так как она имеет слабые губы, то при обычном маневре неопытных удильщиков — вытаскивать пойманную рыбу через голову — она редко будет доставаться им в добычу, пока они не утратят этой скверной привычки. Вероятно, всем рыболовам не раз приходилось выуживать "курносых" уклеек, плотиц и красноперок, у которых верхняя губа была оторвана. Всего лучше ловить уклеек с моста, плотов или обрывистого берега вообще на глубоких местах, и пускать насадку как можно мельче, соображаясь, впрочем, со временем года, дня и состоянием погоды. Клев уклейки быстр и крайне неверен, почему и удобнее удить ее с навеса; она налетает с разбега и сразу утаскивает поплавок в сторону, иногда совсем погружая его. Подсекать надо как можно проворнее, однако не сильно; всего лучше только подать вперед удилище и если рыба не попалась, не вынимать лесы из воды. При некоторой сноровке можно поймать огромное количество уклеек, потому что они берут беспрестанно; впрочем, выудив несколько десятков, лучше перейти на другое место. На червяка они тоже клюют довольно хорошо, но тогда уже несравненно чаще срываются. Где их очень много, там они при ловле других рыб надоедают еще более плотвы: едва закинешь удочку в воду, как они стремглав бросаются на наживу и щиплют, треплют ее до тех пор, пока не опустится почти на самое дно. Поздней осенью, после сильных морозов, уклейка укрывается в глубоких ямах с песчаным дном и начинает брать только со дна; в это время она ловится едва ли не в большем количестве, чем в конце весны. Москворецкие рыболовы ловят ее в сентябре и октябре в большом количестве на красного червячка — мотыля, пуская б. ч. насадку в полводы. В свою очередь уклейка составляет отличную приманку для хищных рыб, особенно жерехов и лососей (иногда даже в соленом виде, как, напр., в Финляндии), так как издали заметна своей сверкающей белизной, но, вынутая из воды хотя бы и на самое короткое время, к сожалению, очень быстро снет, особенно насаженная обыкновенным образом — за спинку; поэтому лучше всего продевать ей крючок через рот в ноздрю, не прокалывая рта. Следует заметить, что прудовая уклейка очень мало уступает, как живец, плотве и вообще далеко не так хлипка, как речная. Уклейки принадлежат к самым малоценным рыбам и употребляются в пищу только в случае недостатка другой, лучшей рыбы. Они очень сухи и потому почти вовсе не годятся для ухи, но изжаренные в сметане и высушенные, еще лучше прокопченные, как сельдь, довольно вкусны.

Загрузка... БЕРШ Lucioperca volgensis (Gmel.)

Это чисто русская рыба, встречающаяся только в реках Черного и Каспийского морей. Неизвестно, на каком основании Паллас говорит, что он водится в Иртыше. Берш представляет значительное сходство с судаком, во вместе с тем несколько приближается к окуню, так что прежде даже считался за помесь этих двух рыб. От судака он легко отличается по следующим признакам: рыло у него приметно короче и шире, глаза сравнительно больше, все зубы почти одинаковой величины, щеки не голые, а покрыты чешуями, чешуя вообще крупнее (70-75 рядов чешуи, у судака 80-90). По цвету он почти не отличается от судака, но темные поперечные полосы (числом 8) у него явственнее и имеют более правильную форму.

Рисунок 1. Берш. Lucioperca volgensis (Gmel.)

По величине своей берш значительно уступает судаку и только в редких случаях достигает веса 2-3 кг, как, напр., в южной Волге. Обыкновенный вес его 1-1,2 кг и 36 см длины; в Днепре, по свидетельству рыбаков, он никогда не бывает более 36 см и 1-1,5 кг веса. Двухкилограммовый берш в Волге имеет в длину 53 см. Распространение берша весьма ограничено, и он нигде не попадается в большом количестве. Главное местопребывание его - Волга с ее главнейшими притоками, но он не поднимается, однако, высоко и, по-видимому, не встречается выше Рыбинска; однако водится во всей Шексне и даже в Белоозере, откуда его нередко привозят в Рыбинск вместе с солеными судаками. Как далеко заходит он в Оку, Суру, Каму, Самару - неизвестно, но в Вятке он встречается, как известно, до Котельнича, а изредка заходит или, вернее, заходил и в Москву-реку. Кроме того, берш, подобно судаку, находится также в Каспийском море, где доходит до Бакинского залива, но неизвестно, заходит ли и в другие реки, туда изливающиеся. Кажется, однако, он встречается в р. Урал, о чем желательно иметь подтверждение. В Черноморском бассейне он встречается почти исключительно в Днепре, но, по-видимому, не поднимается здесь выше Кременчуга: по крайней мере, выше Кременчуга берш, или секрет, вовсе не известен днепровским рыбакам, да и здесь его часто смешивают с молодыми судаками; под Екатеринославом, напротив, он уже не составляет редкости, и всякий рыбак умеет отличить его от судака, а под Никополем он принадлежит к числу обыкновенных рыб. В Буге и Днестре (?) берш редок, но довольно обыкновенен в Дону и Донце; но здесь также достоверно неизвестно, как далеко он встречается, и вообще распространение этой рыбы до сих пор еще мало исследовано. Еще менее мы знаем об образе жизни этой рыбы, что, вероятно, зависит от того, что большинство смешивают ее с молодым судаком. Пища берша, по-видимому, одинаковая с судаком; он кормится преимущественно небольшими рыбами, особенно пескарями. Держится он также почти всегда на глубине, на самом фарватере, и любит песчаное дно; в озерах, даже заливных, никогда не встречается; нерест его бывает в средней Волге в одно время с лещом,, несколько позднее судака (в Дону в начале апреля), а в нижнем течении Днепра и Волги гораздо ранее - во второй половине марта, несколько позднее окуня. Главная ловля его производится в низовьях - весной, еще более осенью. По замечанию Яковлева, осенние выходы его из черней всегда более весенних. Мясо берша сходно с мясом судака, но несколько нежнее. Вынутый из воды берш снет еще скорее судака. На удочку берш местами ловится в очень большом количестве, но, кажется, клев его весьма непродолжителен. Так, например, берш часто попадается на удочку в нижнем течении Оки, едва ли не чаще судака. Ловят его преимущественно на червя, но берет ли он здесь на живца - неизвестно. По последним сведениям, самарские рыболовы удят берша в конце мая (на косе, образуемой Волгой и Самарой) на червя; ловля эта продолжается только 2-3 дня, когда рыба эта "катится", т. е. спускается вниз, окончив нерест, но зато можно поймать с 3 часов утра до 8, в течение 5 часов, до 16 кг рыбы весом от 200 до 800 г. Более подробных сведений об ужении берша не имеется. Как берет берш, на что и весной ли только - все это вопросы, требующие ответа, и было бы весьма желательно получить от приволжских рыболовов некоторые подробности о жизни и ловле этой чисто русской рыбы.

ЕРШ - НОСАРЬ Acerina acerina (Guld.)

Своим удлиненным телом и длинным рылом носарь легко отличается от обыкновенного ерша. Кроме того, чешуя у него гораздо мельче (в боковой линии 55—60 чешуи, у ерша 37—40), спина менее выпукла и в переднем спинном плавнике большее число колючих лучей (17—19) а у ерша 12—14). Общий цвет тела желтоватый, спина б. ч. оливково-зеленая брюхо серебристо-белое, а на боках тела и спинном плавнике находится несколько рядов темных пятнышек, отчего эта рыба кажется очень пестрой; пятнышки эти у дунайского носаря сливаются в узкие продольные полоски. По величине своей носарь вообще превосходит ерша и обыкновенно весит около 100 г, иногда достигает более 22 см длины (рыбачьей меры) и 200 г. веса.

Рис. 1. Ерш - носарь

Носарь, иначе бирючок, имеет весьма ограниченное распространение он встречается только в реках Черноморского бассейна и почти вполне оправдывает свое латинское название. Там, однако, где встречается бирючок, он в большинстве случаев, особенно в бассейне Днепра (вероятно, и Днестра), многочисленнее обыкновенного ерша, который предпочитает здесь озера и проточные пруды, вероятно потому, что не любит сильного течения, и большие реки Черноморского бассейна для него слишком быстры. Поэтому обыкновенный ерш и называется на юге больше озерным ершом, в отличие от бирючка, который в озерах никогда не встречается, даже в заливных и проточных. Образ жизни этой красивой и очень вкусной рыбки известен еще очень мало. Бирючок очень прихотлив и любит быстротекущие воды, где дно чистое, песчаное, с каменистыми или хрящеватыми отмелями, почему в низовьях встречается редко. Однако он не любит холодной воды и в ненастье и перед наступлением холодов уходит за несколько дней на большую глубину и скрывается в ямы или же уходит с каменистых отмелей на иловатые места. По замечанию рыбаков, бирючок с конца июля начинает табуниться все гуще и гуще, а с наступлением осени уже постоянно живет в самых глубоких местах реки, откуда выходит только со вскрытием реки, так как во время прохода льда, по замечанию рыбаков, прячется между камнями. Но вообще он живет врозь с ершом, который почти всегда встречается в иловатых местах. Как и все рыбы, лишенные плавательного пузыря, бирючок плавает по самому дну и очень редко поднимается на поверхность. Пища его состоит из червей, мелких раковин, водяных насекомых, водяных клопов (Notonecta) и водяных скорпионов (Nepa), особенно личинок комаров и т. п. Желудок бирючка постоянно бывает переполнен. Судя по всему, он ведет ночной образ жизни, мечет икру в конце апреля и начале мая, почти одновременно с окунем и судаком; по Радкевичу (в Днепре), вместе с ершом, т. е. ранее. Вообще о нересте носаря ничего не известно. Ужение бирючков на юге России в довольно большом уважении между охотниками-рыболовами и предпочитается ужению ершей, что весьма понятно. Характером клева он мало отличается от своего родича, но побойчее его, почти всегда утаскивает поплавок и оказывает более значительное сопротивление, почему советуют после подсечки небыстро вытаскивать. На Днепре, около Киева, по Радкевичу, носаря ловят с берега на окуневые удочки с 8-волосной (!) леской и крючками № 4 или 5. Измерив глубину, пускают крючок от поплавка так, чтобы крючок шел почти по дну, и идут по берегу за уплывающей удочкой. Вероятно, так ловят здесь днем и на более глубоких и тихих местах, так как на Десне, например, бирючка удят больше вечерами на отмелях и притом на легкую донную (без поплавка) с небольшим грузилом. Удить с поплавком на быстрых перекатах, конечно, неудобно; притом носарь ленив и не любит гоняться за быстро плывущей насадкой (Вербицкий). Весной носарь попадается на удочку редко, и вообще клев его начинается, как вода войдет в берега и просветлеет. Летом и осенью насадкой служит навозный и обыкновенный (мелкий) червь, но носарей с еще большим успехом можно ловить зимой из прорубей на мотыля, как это делается на Дону (здесь мотыль зовут матуликой). Ловля эта производится на местах зимовки бирючка, на быстрых и довольно глубоких местах, вблизи песчаных кос, при помощи небольшого подпуска, с 2—4 крючками. Так как грузило прикреплено на отдельном поводке, то клев рыбы (довольно слабый зимой) легко ощущается пальцами, держащими леску. Короткие удильники и кобылки, употребляемые для зимней ловли во многих местах России, здесь кажется, не употребляются. По вкусу мяса носарь даже превосходит ерша, и уха из него считается лучше стерляжьей. Бирючок — довольно нежная рыба и в садке (плетеной корзине) в жаркое время выживает не более 3 дней и то на просторе и если выбрасывается уснувшая рыба. Пущенный в сосуд с водой бирючок, подобно ершу, тотчас отделяет в изобилии клейкую слизь и вскоре засыпает главным образом от насыщения воды этим веществом. Этой слизи носарь и обязан своим вкусом, но Тарачков ошибается, делая предположение, что обильное выделение слизи является причиной того, что бирючок избирает места с быстро текущей водой. Ерш и линь выделяют не менее слизи, а быстрого течения избегают. Заметим еще, что (по Геккелю) носарь живет весьма долгое время (15—20 лет) и что мелкие бирючки составляют на Дону отличную приманку для налима, который их очень любит.

Рис. 2. Сопач

Довольно близка к ершам небольшая рыбка, водящаяся в устьях Днепра, Днестра и Буга,— сопач (Percarina demidoffi Nordni.), ныне употребляется название перкарина, названная так по очень густой слизи, покрывающей все тело ее. Тело сопача, однако, более сжато, глаза еще более, жаберная крышка также с шипиками. Цвет тела желтоватый, с фиолетовым оттенком на спине, бока и брюхо серебристые; начиная от головы до хвоста лежат сверху многие кругловатые темно-бурые пятна; боковая линия обозначена темными точками; все плавники светлые, прозрачные и без пятен. Образ жизни этой рыбки совершенно неизвестен. В последнее время она найдена была также и в Азовском море (Азовская перкарина—Percarina demidoffi macotica Kuzntzov)

ПЛОТВА Rutilus rutilus (L.)

Едва ли найдется другая рыба, которая бы имела такое обширное распространение и всюду была бы так обыкновения, как плотва. Всюду - и в России и Сибири - она составляет самую многочисленную породу рыб, и немного найдется таких рек, где бы она не составляла главную массу всего рыбьего населения, тем более встречалась бы очень редко. По всем этим причинам, а также по тому значению, какое плотва имеет в устьях наших рек и многих озерах, она заслуживает гораздо большего внимания, чем многие другие, более ценные рыбы.

Рисунок 1. Плотва. Rutilus rutilus (L.)

Наружность плотвы известна каждому, и потому мы упомянем только о главнейших признаках и главных вариететах, которые, следует заметить, весьма многочисленны. Цвет тела, плавников и глаз этой рыбы подлежит бесчисленным изменениям, которые зависят частью от возраста, частью от состава воды и других местных жизненных условий. Вообще же плотва с возрастом становится шире и толще, а цвет глаз и плавников делается более ярким. По своему наружному виду плотва приближается всего более к красноперке, которую нередко принимают за первую, но красноперка отличается от плотвы золотистым отливом чешуи, желтыми губами, числом и формой глоточных зубов, тупо закругленным носом и закругленным брюхом с выдающимся ребром. У плотвы обыкновенно бывает на левой стороне 6 (иногда 5), на правой 5 (редко 6) глоточных зубов, и венчик их не надрезан на многие зубчики, как у красноперки. Кроме того, плотва несколько уже красноперки одинакового роста, длина головы относительно менее, и сама она не так красива, как красноперка. Цвет спины у плотвы черноватый с голубым или зеленоватым отливом, бока туловища и брюха серебристо-белые, спинной и хвостовой плавники зеленовато-серые с красноватым оттенком, грудные плавники бледно-желтоватые, брюшные и заднепроходные - красные, радужина желтая с красным пятном вверху. Это цвет нашей обыкновенной речной плотвы; каспийская же плотва (вобла) и азовская (тарань), о которых будет говориться далее, имеют некоторые отличия в цвете и форме тела. В окрестностях Киева, по свидетельству проф. Кесслера, встречается также разность плотвы, у которой все плавники и глаза ярко-желтого цвета, а изредка в Волге, по свидетельству В. Е. Яковлева, попадается разность плотвы (или, вернее, выродок) с ярко-золотистой чешуей, иногда с красноватым оттенком на спине и боках. Тело плотвы обильно покрыто слизью, особенно у прудовой, и в теплое время года.

Рисунок 2. Глоточные зубы плотвы



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная