Розділ 2. Польська література епохи Відродження 56
Учебные материалы


Розділ 2. Польська література епохи Відродження 56



Карта сайтаregionzaim.ru

Я вспоминаю, как я сижу у следователя и вспоминаю подробности прошедшего дня. Для протокола.

Мне пятнадцать лет.

И снова конец учебного года.

Снова.

Я сижу и вытираю слёзы. Вытираю сопли рукой. Потом вытираю её об кресло, в котором сижу. Тайком от следователя, который спрашивает:

– Вы ведь были с ним знакомы?

– Да, когда-то учились в одной школе. Он был старшеклассником, а потом закончил школу, и я его не видела чуть больше двух лет. До сегодняшнего дня.

Следователь говорит:

– Ладно, давайте всё по порядку.

Я вспоминаю, как я вспоминаю, что у меня нет желания общаться со следователем.

Мне срочно нужно придумать какую-то версию событий. Какой-то принципиально новый исход. Мне нужно придумать то, что должно меня обезопасить от воспоминаний ушедшего дня.

– Я ехала в библиотеку, чтобы достать некоторую литературу по психологии.

– А не рановато для психологии?

– Это запрещено законом?

– В общем-то, нет. Ладно, продолжайте, – говорит следователь, жуя жвачку, при этом пронзительно чавкая.

Пронзительно и противно.

Я вспоминаю, как я вспоминаю, что в библиотеке я хотела взять литературу не только по психологии. Ещё меня интересовала филология, литературоведение и философия. Конкретно сегодня мне нужно было именно это. Но я подумала, что для следователя знать это будет лишним.

А это значит, что я ему уже соврала.

И мне от этого хорошо.

Мне нравится понимать, что люди идут у меня на поводу. Что они мне верят. Верят так, как я верила им когда-то. Когда-то, когда меня все ненавидели, презирали, унижали. Лишали девственности, а потом кидали.

Суки.

– Я ехала со станции метро «Сокольники», где я проживаю в настоящий момент, – говорю я, – на станцию метро «Библиотека имени Ленина». Как раз там и располагается библиотека, которая мне нужна. То, что мне нужно, можно либо купить в книжном магазине за большие деньги, которых у меня нет, либо взять в этой библиотеке.

На самом деле, я решила сэкономить. Деньги мне ещё понадобятся. Мне надо копить. Мне нужно много-много денег.

Для чего?

Не могу вспомнить.

Я вспоминаю, как я думаю, что я до сих пор ещё страшная и жирная. Я слегка скинула вес, но в школе меня до сих пор все ненавидят. И я до сих пор не смогла избавиться от прыщей.

И меня до сих пор дразнят прозвищем «Порш».

И добавляют: «Тррррррнннннн!».

Уроды.

Как я их всех ненавижу!

Лучше бы они все тогда сдохли.

Тогда – это когда?

Никак не могу вспомнить.

– И что было дальше? – мягко спрашивает следователь.

– Я зашла в метро и стала ждать, когда подъедет мой поезд.

Я вспоминаю, как я вспоминаю, но не хочу рассказывать следователю, как я зашла в метро и, находясь в толпе, случайно заметила Женю. Того самого Женю, который меня вскрыл и кинул.

Он стоял прямо передо мной.

Кстати, этот следователь мне знаком.

Явно не потому, что я, встретив его сегодня впервые, уже успела составить о нём какое-то мнение, потом его забыть, а затем, встретив его вновь, вспомнить.

Но я никак не могу вспомнить, почему.

Кажется, мы с ним уже встречались.

Только при каких обстоятельствах?

И ещё я чувствую, что я его боюсь.

Нет, я серьёзно. Боюсь.

– И вдруг я увидела его, – делаю паузу. – Женю.

– Батурина?

– Да-да, его.

– И что было дальше?

Пауза.

И я вспоминаю, как я вспоминаю, что о том, что было дальше, я тем более не хочу рассказывать следователю.

Не хочу, потому что это слишком ужасно.

Я говорю:

– Потом он начал крутиться по сторонам, как будто его что-то беспокоило. Или он кого-то увидел. И вдруг он заметил меня.

Я вспоминаю, как я вспоминаю, что Женя действительно начал крутиться в разные стороны, и заметил меня.

Я вспоминаю, как я вспоминаю, что он повернулся ко мне и удивлённо спросил:

– Порш?!

Следователь говорит:

– Итак, он повернулся. И что произошло?

Я вспоминаю, как я думаю, что не хочу рассказывать следователю о том, что на самом деле произошло. Ещё бы, ведь Женя – одно из самых сильных переживаний моего прошлого.

Я вспоминаю, как на ходу придумываю альтернативную версию событий. Официальную версию, которая по задумке должна стать мягче. Легче. В ней не должно быть лишних подробностей, от которых меня выворачивает.

Я не хочу ему рассказывать всё.

Это слишком личное.

Слишком интимное.

Помню, как Женя тогда сказал:

– Тррррррнннннн!!! – и громко заржал.

Но это не для протокола.

Зачем следователю знать, что я была лохушкой, которую все ненавидели?

Все, в том числе и Женя.

И я говорю:

– А затем он оступился и упал. На рельсы.

Меня словно прорвало, и я начала рассказывать следователю всё, что произошло далее. Официальную версию, лишённую ненужных подробностей.

– Я видела, – продолжаю я, – как он упал. Он ударился головой об рельсы. Я видела, как он пробил череп, как из него хлынула кровь.

Начинаю плакать. Кажется, у меня истерика.

– И вдруг, – продолжаю я сквозь рыдания и слёзы, – я заметила свет в тоннеле. Это приближался поезд. Он хотел встать.

Женя хотел встать. Не поезд.

– Я видела, – говорю я, – как он уже начал подниматься. Пытался. Его шатало, он смотрел в сторону приближающегося поезда. На эти два огонька. Поезд начал резко тормозить. Последним человеком, которого увидел Женя, была я. Никогда это не забуду. Этот его взгляд. Пронзительный и умоляющий о помощи. Взгляд человека, смирившегося со своей участью.

Вставьте здесь ещё пару всхлипываний.

– Но Женя лежал практически в начале платформы, поэтому он не успел затормозить.

Поезд не успел затормозить. Не Женя.

– И поезд его сбил. Я не смогла в него зайти. Потому что он убил Женю, этот поезд.

Вставьте здесь минуту рыданий.

– Я дождалась, – продолжаю я, – когда поезд отъедет. Я подумала, что его ещё можно спасти.

Спасти Женю. Не поезд.

– Но когда он уехал, то, что я увидела, меня ужаснуло.

Вставьте здесь меня, вытирающую слёзы платком.

Я говорю:

– Повсюду были куски его тела. Части его рук, его пальцы. Его рот был раскрыт, и из него текла кровь.

Рот, который Женя презрительно вытирал платком после того, как меня целовал.

Рот, который сказал, что я прыщавый кусок сала.

Рот, который сказал, что я ходячий жир.

– Где-то, – продолжаю, – я даже заметила его мозги, такое серое вещество, и много-много крови... Верхнюю часть черепа будто снесло. Топором. Или ещё чем-то острым.

Вставьте здесь абсолютную истерику.

Вставьте здесь шокированного следователя.

Вставьте здесь шокированную меня.

Вставьте здесь двадцать минут, в течение которых следователь записывает что-то в протоколе, а я рыдаю в истерике.

Вставьте здесь то, что вы обычно себе вставляете.

– Подпишите здесь, – говорит следователь.

Беру бумажки и ручку. Подписываю протокол.

– И здесь.

Формальности улажены. Он забирает у меня протокол, оставив мне одну копию.

И говорит: вы свободны.

Аккуратно разбирая бумажки и складывая их в папку, он говорит:

– Если понадобитесь, мы вас вызовем.

Я замечаю, что, сказав это, он всё ещё пребывает в состоянии шока. Да, нелегко, видимо, ему приходится. Наверное, часто в Москве происходит что-то такое, что повергает в ужас.

Я вспоминаю, что, выходя из отделения милиции, я чувствую себя вполне довольной. Нет, не вполне. Вдвойне довольной.

Я улыбаюсь.

Ещё бы, ведь Женя оступился именно благодаря мне.

***

Общаясь с людьми этого отдельного типа, я укрепился во мнении, что все они – как раз мои идеальные пациенты: с мелкими комплексами, заморочками, т­­­араканами в голове. Когда мы с ними общались, и общение это заходило далеко, когда оно становилось всё глубже и откровеннее, я пытался им объяснить, что следствие их озлобленности и непринятия окружающего мира – это банальное следствие детских переживаний и каких-либо психологических расстройств.

Они никак не хотели понимать и признавать то, что эти всевозможные мелочи и являются сутью, корнем их проблем, что как раз они и создают внутри их сознания некие неверные психологические установки, которые затем начинают мешать им жить, быть счастливыми и довольными собой. Словом, быть нормальными, адекватными людьми.

Некоторые из этих собеседников в итоге приходили в мой кабинет, и я начинал вести с ними откровенные разговоры. Очень скоро процесс лечения начинал давать результаты, и я понимал, что нашёл, наконец, путь доступа к самым лучшим, к самым сложным пациентам – тем людям, которые живут среди нас, но никак не могут найти себя вследствие каких-то переживаний прошлого.

Но тех, кто становился моими пациентами, было слишком мало для того, чтобы изучить их особенно глубоко, и я, спустя некоторое время, пришёл к выводу, что с этой массой стоит позабавиться.

Я начинал высказывать им свою точку зрения прямо и без обиняков, они начинали вести со мной ожесточённые споры, не понимая, что позиция собеседника может значительно отличаться от их собственной. Как следствие, меня постепенно начало недолюбливать множество пользователей сайта, а я был собой доволен: я возбудил интерес к своей личности и стал поводом для множественных споров.

Когда я писал человеку прямо, что он не нравится мне по тем или иным причинам, в том числе и по причинам недостатков во внешности, они начинали проявлять ко мне откровенную агрессию, в итоге приводившую к серьёзным ссорам, антирекламе меня как пользователя сайта и всем вытекающим из этого последствиям.

Постепенно я обнаружил, что благодаря этим кипящим страстям я становлюсь всё популярнее и известнее среди пользователей сайта, и понял, что, должно быть, тем же способом достигается и популярность в жизни: надо много работать, делать что-то особенное, но при этом близкое тебе самому, и в итоге это неизменно приводит к известности.

Затем на том сайте знакомств обо мне начала ходить дурная слава, и я немного снизил регулярность его посещения. Это стало следствием очередного пропадания интереса к жизни. Я также понял, что в своих социально-психологических экспериментах в Сети могу пойти ещё дальше, но никак не мог придумать способ сделать это аккуратно, красиво и без каких-либо последствий для моей репутации в Сети.

Также я пришёл к выводу, что сайты знакомств – это сообщество довольно всеобъемлющее, но при этом, всё же, недостаточно отражающее саму суть, внутренний мир человека. И мне стало ясно, что сайт знакомств – это уже не то, что нужно мне в рамках моих исследований, что я уже вышел за пределы осведомлённости, что он уже не может дать мне то, что я хочу, что это и есть недостаток моей самореализации. И стал думать над тем, что всё же может удовлетворить эту мою потребность в изучении людей.

Решение пришло быстро.

Дневники. В Сети.

Блоги.

Точно, блоги.

***

Так, ладно. С порнухой определились.

От Интернета действительно вырабатывается зависимость, вот что я вам скажу.

Почитал я тут психологию. И «Введение в психоанализ» Фрейда.

Даже перечитал.

И нарыл у себя в компьютере и прочитал ещё один труд Фрейда. «Психология масс и анализ человеческого «Я».

Походил, погулял. Побухал. В одиночестве. В своих мыслях. Находясь в себе. Копаясь в прошлом.

Без неё.

А затем перечитал всё снова.

Два раза.

Немного проанализировал своё прошлое. И все мои наблюдения, касающиеся человеческого поведения. Кажется, это понемногу начинает превращаться в систему.

И, похоже, в ту самую систему, которую я пытался обнаружить.

Флешбэк.

Что есть человек?

Разве не то, что он сам о себе думает? Разве не то, как он оценивает сам себя? Разве не смотрит на него мир именно так, как он смотрит сам на себя изнутри? Разве не будут принимать его другие люди именно таким, каким он принимает себя? Разве не будут считать его другие люди тем человеком, каким он себя преподносит собственному «Я»?

Правда в том, что далеко не каждый человек себя любит. Не подумайте, я сейчас не об эгоизме и нарциссизме. Каждый человек должен принимать себя таким, какой он есть. И любить себя именно таким, какой он есть. Лишь только потому, что он действительно именно такой, какой есть. Получается, мало кто принимает действительность. Большинство ею недовольны. Недовольны собой. Недовольны своей реальностью. Реальностью, которую они не принимают. Соответственно, реальность не принимает их.

Замкнутый круг.

Система.

И я хочу показать это людям. Хочу дать им возможность в этом убедиться.

Метод, которым я воспользуюсь, несколько альтернативен.

Но разве не устали люди от банальной вежливости и от этих лицемерных правил сопливой высокопарной псевдовозвышенной этики, вбиваемых в их головы с самого детства? Разве не станут они с вами спорить и до усёру доказывать свою позицию, если вы им скажете правду о них прямо? Разве их не заденет то, что вы вскроете им правду, которую они сами от себя скрывают? Разве не вспомнят они о том, что кто-то всё-таки решился показать им то, что они в действительности собой представляют?

Настоящее.

Всё встаёт на свои места. Понемногу. Медленно, но верно.

Вы видите?

Всем нам чего-то не хватает. И когда мы испытываем острую потребность в чём-либо, мы стремимся это получить. Так уж мы устроены.

Секс. Деньги. Внимание. Общение. Признание. Известность. Еда. Безопасность. Благополучие. Или ещё что.

Всё это – наши потребности.

Мои потребности.

Ваши потребности.

Человек постарается сделать всё для того, чтобы это получить. Если он испытывает в этом недостаток. Или если недостаток навязан маркетологами. Или самим человеком. Или ещё кем.

Ни для кого не секрет, что в Интернете можно найти всё, что душе угодно.

Всем людям чего-то не хватает, и они легко могут найти это в Сети.

Я могу.

Вы можете.

Не хватает общения? Пожалуйста, вот тебе сайты знакомств. Не хватает информации? Пожалуйста, вот тебе поисковые системы. Не хватает реализации интересов? Пожалуйста, вот тебе различные ресурсы, посвящённые увлечениям. И так далее.

Додумайте сами.

То есть если человек что-то ищет в Сети, ему предопределённо этого не хватает. Он испытывает нужду. Так рождается виртуальный спрос. А предложение есть. В избытке.

Значит, Интернет – это всегда компенсация чего-то недостающего. Причём успешная.

Ну, на первый взгляд успешная.

Когда человек начинает пользоваться Интернетом постоянно, то есть, постоянно восполнять то, чего ему не хватает в жизни, он автоматически начинает принимать подобное восполнение за норму. Подсознательно.

Психологическая зависимость.

Наши бессознательные механизмы, управляющие всеми нашими поступками и реакциями, не различают, откуда берётся удовлетворение – из Интернета или из реальной жизни.

Главная цель нашего «Я» – это получение удовольствия.

Понять это вам будет легче, если вы проведёте аналогию с наркотической зависимостью.

Торчок ширяется, его втыкает, его вставляет, его штырит, ему хорошо. Но со временем он к этому привыкает, и он воспринимает наркотическое состояние как норму. А реальность, соответственно, ниже нормы. Хуже.

Планка нормы сдвинута.

Психологическая зависимость.

То же самое и с Сетью. Сначала человек ищет компенсацию недостатка в чём-либо в Интернете. Естественно, находит. Затем ищет и находит ещё и ещё. Снова и снова.

Замкнутый круг.

Система.

И вот, он уже привык постоянно находить в Сети то, что ему нужно. Он автоматически привязывается к этому удобству. А если нет Сети, то всё уже не так хорошо. Грани реальности смываются. Реальность какими-то моментами начинает удовлетворять меньше, чем Интернет.

Планка нормы сдвинута.

Психологическая зависимость.

У всех нас есть какие-то свои проблемы.

Проблемы есть у меня.

Проблемы есть у вас.

Многие люди свои проблемы решают, но большинство, однако, от них убегает. Ищет способ отдохнуть от рутины.

Отвлечься.

И бывает такое, что человек находит что-то, позволяющее ему забыть о проблемах.

Если человек нашёл это в Сети, то у него, вроде бы, всё становится лучше. А что, действительно, всё хорошо. Проблемы становятся незаметными, плюс имеется какая-то самореализация.

Но мало кто задумывается о том, что если проблемы не решать, а уходить от них, то их становится всё больше. Это же естественно, правда?

А в Интернете всегда всё по-прежнему. В Сети нет проблем, ведь физически её не существует. В жизни проблемы растут, а в Сети их нет.

Привлекательный контраст, не так ли?

Превосходное заблуждение. Новый опиум для народа.

Мы всегда стараемся делать только то, что нам нравится. Так уж мы, повторюсь, устроены. Запрограммированы на постоянное получение удовольствия от процесса жизнедеятельности.

Мы просто созданы для кайфа.

А теперь возьмите человека, который не решает проблемы, а начинает проводить время за компьютером. В Интернете.

Проблем в жизни становится всё больше, а сидеть в Интернете становится всё интереснее.

Индивид начинает подсознательно стремиться проводить больше времени в Сети, так как сидя за компьютером, он ощущает себя комфортнее. Он не испытывает никаких проблем, занимаясь своими любимыми виртуальными делами.

Возвращаясь в жизнь, он снова сталкивается лицом к лицу с реальностью. С проблемами. С текущей рутиной, всё усложняющейся ввиду её игнорирования.

И что привлечёт человека больше – трудности, которые на первый взгляд сложно разгрести, или беззаботное существование в виртуальной реальности?

То-то же.

С этого момента индивиду становится интереснее проводить время за компьютером, ведь в жизни напрягов становится всё больше и больше, а в Интернете всегда найдётся ещё больше интересного. Непременно.

Только он не думает, что проблемы нарастают как раз из-за того, что он их не решает, а убегает от них, проводя время за компом.

То время, которое он мог бы потратить на улучшение качества своей реальной жизни. На решение проблем. На развитие. На самореализацию.

Вы можете поспорить, что у вас не так.

И будете правы.

Но только если вы пользуетесь Сетью исключительно в информативных целях. И очень редко – с целью общения с друзьями, которых по тем или иным причинам не можете увидеть.

Или если не пользуетесь Сетью вообще.

Посещение порно-сайтов мы упоминать не станем, верно?

Если вы пользуетесь Интернетом, чтобы получить что-то большее, то у вас уже есть зависимость.

Да что я тут распинаюсь, убедитесь в этом сами.

Составьте список вопросов, которые вам необходимо решить в реальной жизни. Список дел.

Я серьёзно. Вот прямо сейчас. Возьмите листок и ручку. Запишите всё, что вам требуется делать для вашего саморазвития.

Затем продолжайте жить, но при этом проводя время в Интернете. Найдите себе виртуальных друзей. Общайтесь с ними. Например, пару-тройку недель. Или месяц.

А затем ограничьте себя от Сети. Перестаньте заходить в неё вообще.

После этого возьмите и составьте список дел заново. А затем сравните со списком, составленным вами до активного посещения Сети.

Ничего не буду писать. Сами убедитесь, что дел стало больше. Дела, которые остались нерешёнными, теперь требуют более активного вмешательства.

И под конец спросите себя: а хочу ли я решать свои проблемы? Может, лучше снова пообщаться в Сети со столь привычными мне людьми?

Давайте, рискните. Чисто ради эксперимента.

Тогда поймёте, о чём я.

Зависимость.

Степень зависимости и возможность от неё избавиться, разумеется, строго индивидуальны. Зависят от силы воли индивида. От его характера. Но то, что зависимость у него есть, это факт.

Желаете поспорить?

Подождите. Одумайтесь.

Вот теперь-то я понял всю природу этой проблемы.

Как мне и посоветовала моя девушка, я сопоставил факты. Теорию и практику. Воспользовавшись данными, полученными благодаря изучению интернет-сообщества, а затем ознакомившись с психологией как наукой, я понял природу интернет-зависимости.

Да, наконец-то я это сделал.

Готовьтесь.

Я приведу доказательства. Доведу теорию до ума.

То, что нужно.

Но не сразу. Я приведу вас к этому постепенно.

Всё по порядку.



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная